Реликвия рода
Офицер запаса австро-венгерской рати, он был арестован. Из тюрьмы для военнопленных он, начисто нездоровым, был выпущен чрез три года, но Залива так и не пересек и погиб где-то в Берлине, отписав после себя мизерное состояние, разделенное между родичами.
http://chtotakoe.com/gormonal/endocrin23.htm Обрывки воспоминаний да этот попавший ко мне сейчас пакет - мое имя настрочено прямым ясным почерком - вот и все, что пришло мне в преемство от моего брата.
Родословное древо засохло, знак искорёжен!
Но что за простонародное простомыслие , ведь, покуда глашатай не выполнил надо оттиском сего мрачно-формального обряда, знак здравствует.
Искорёжен только фееричный сургуч. И все же оттиск сей уже нипочём не оставит формы.
А какой это был известный, грозный герб! И вот я его - искорёжил. Искорёжил? И мне опять оказывается печально, словно я сейчас пробую нагреть лично себя.
тут информациооный портал о заболеваниях пищеварения Кто знает, быть может, сломав клеймо, я чуть освободил герб от цепей векового спанья! Итак: трехпольный знак эгиды, в нижнем лазоревом поле, символизирующем наше наследное имение Глэдхилл в Манчестере, - серебристый ятаган, торчмя воткнутый в малахитовый бугор. В правом серебряном поле, доказывающем наши права на имение Мортлейк в Дарвинде, – травенеющее древо, средь ветвей коего вьется серая лента источника. А в центральном, клиновидном изумрудном поле над основанием щитка - сверкающий факел, пронизанный в фигуре канделябра ранних иудеев. Знак для эмблемы необычный, у мастеров гербоведения он вечно приводил к удивлению.
микро работа организма 
